Что такое блокчейн: Объясняем на смузи

Что такое блокчейн: Объясняем на смузи

Гид, после которого вы точно поймёте.

Сейчас один биткоин стоит 900 тысяч рублей. Месяц назад он стоил в два раза меньше, затем резко взлетел и также стремительно обрушился. Слово «блокчейн» окружает истерия: компании, просто вписавшие его в свое название, взлетают в цене на 400 %. Половина россиян хотела бы получить криптовалюту в подарок на Новый год, при этом биткоин называют «крупнейшим пузырем в истории человечества». Десяток новых терминов одних завораживает новаторством, других — пугает, напоминая лохотрон. Простым языком объясняем, почему биткоин и блокчейн не одно и то же, как технология сделает мир прозрачным и кто от неё выиграет.

ОБЪЯСНИТЕ МНЕ, В ЧЕМ СМЫСЛ БЛОКЧЕЙНА?

Представьте себе парк аттракционов. При входе всем выдают пленочные диктофоны, и они постоянно включены на запись. Сахарную вату и поездку на американских горках здесь можно купить за жетоны, но вот их вам никто не выдает. Вдруг вы слышите крик продавца: «Вася дал Олегу четыре жетона!», «Леша дал Ане 100 жетонов!» — и так далее, без остановки. Каждый раз, когда кто-то меняет деньги на жетоны или расплачивается ими, продавец орет об этом на всю толпу. Диктофоны всех в парке записывают этот крик. Если вы наконец захотите расплатиться жетонами, продавец начнет сравнивать ваши с ним диктофонные записи. Это ключевой момент безопасности парка: вы не можете вдруг «придумать» себе пару лишних жетонов: афера быстро раскроется, потому что ни на чьей диктофонной записи не будет крика продавца, который бы раньше передал эти два жетона вам. Самих жетонов физически ни у кого вообще нет, даже у хозяев парка: как предмет они не нужны, ведь у любого посетителя есть история всех передач.

Пленка любого диктофона в толпе с одинаковой записью криков — это и есть блокчейн, эдакий размноженный всеобщий дневник. Будь такой парк реальным, у продавцов уходило бы много времени на то, чтобы сравнивать пленки между собой. А вот в цифровом варианте блокчейн — это быстро и безопасно, потому что скорость интернета сейчас высокая, процессоры мощные, а данные можно передавать в больших объемах. Главная польза блокчейна — это децентрализация. У каждого дублируется история всех транзакций, как было бы, если бы все собирали бумажные чеки о своих операциях на счете, а потом выкладывали бы их в интернет. Обмануть тогда не сможете ни вы, ни хозяин парка аттракционов, ни продавцы. 

АНАЛОГИЮ Я ПОНЯЛ. КАК РАБОТАЕТ НАСТОЯЩИЙ БЛОКЧЕЙН?

Для любой системы передачи данных нужны собственно сами передатчики и их особый язык. В аналогии с парком это диктофоны и магнитная лента. Блокчейн — это название бесконечного списка, в котором, как на диктофонной ленте, записываются передачи информации от одних людей другим, а копией общего списка владеет каждый из них. Существует много разных блокчейнов. Это как двигатель внутреннего сгорания. Принцип работы один, а воплощения и топливо разные: тепловоз ездит на дизеле, болиды «Формулы-1» — на бензине. Правила ведения блокчейна задают программисты, которые пишут код программы-клиента (создают диктофон), через которую будет происходить обмен информацией. Если вы хотите подключиться к какой-то из уже работающих систем, то вместе с программой-клиентом вы скачиваете весь блокчейн или «свежую» часть этого реестра передач (например, блокчейн криптовалюты «биткоин» (BTC) сейчас весит больше 170 гигабайт). Каждая строчка в нем — запись о том, что некая информация перешла от одного адресата к другому. Главное правило передачи не меняется: вы хотите отправить некий цифровой жетон от А к Б? Сперва нужно доказать, что кто-то передал вам этот жетон в прошлом.

БЛОКЧЕЙН — история всех передач информации в заранее запрограммированной системе. Причем эта история целиком продублирована у каждого участника системы. Криптовалюты — только частный случай применения блокчейна, где программисты решили, что единицей информации для передачи будет «монета».

Иногда блокчейном в целом называют круг технологий, которые связаны с использованием таких «распределенных реестров».

ПОСТОЙТЕ, А ГДЕ ХРАНЯТСЯ МОИ «ЖЕТОНЫ» В БЛОКЧЕЙНЕ?

Нигде. В самом блокчейне не существует никаких кошельков или счетов, как в банке: там вообще нет никакой информации, кроме открытой истории переводов. Вы владеете только ключом от вашей «предыдущей» транзакции, в которой написано, откуда взялись ваши «жетоны» и в каком количестве. Приватный ключ (Private key) — ваше единственное доказательство владения жетонами, упомянутыми в блокчейне. Обычно он представляет собой число в 16-ричной системе — набор случайных цифр и букв, который генерируется компьютером (так что вариант с «девичьей фамилией матери» тут не подойдет). Только предъявив этот ключ при новой сделке, вы можете передать жетоны другому. Кстати, в большинстве криптовалют весь блокчейн можно просмотреть даже вручную: у биткоина, например, есть удобные сайты-обозреватели. 

Важно понимать, что, если вы потеряете приватный ключ, вы потеряете и жетоны, и никто больше не сможет ими воспользоваться. «Подобрать» зашифрованный приватный ключ невозможно: для перебора всех вариантов потребуется больше времени, чем существует Вселенная. Вот почему американец Джеймс Хоуэллс из уже ставшей знаменитой истории несколько лет пытается найти на свалке жесткий диск с ключами от 7,5 тысячи биткоинов (по нынешнему курсу это около 7 миллиардов рублей). Ремарка про секретность: если все переводы можно отследить, это не значит, что в блокчейне записаны все ваши имена и явки. Отправитель и получатель могут быть также зашифрованы в виде случайных чисел (блокчейн-адресов), которые будут еще и меняться при каждой транзакции, — тогда сеть становится абсолютно анонимной.

В самом блокчейне не существует никаких кошельков или счетов, как в банке. Вы владеете только ключом к переводу, в котором написано, откуда взялись жетоны

ПОЧЕМУ БЛОКЧЕЙН НЕЛЬЗЯ ВЗЛОМАТЬ? ОН ЖЕ ОБЩЕДОСТУПЕН.

Помните продавца из парка аттракционов, который сравнивает ваши с ним диктофонные пленки на идентичность? В цифровом блокчейне эту задачу выполняют компьютеры майнеров (от англ. mining — добыча полезных ископаемых). Именно майнеры собирают транзакции в «блоки», которые потом добавляют в блокчейн. Чтобы понять, как майнеры защищают блокчейн, нам придется провести другую живописную аналогию. Если она покажется вам странной, не забывайте, что речь идет о технологии, за которую платят миллионы долларов.

В тусовке подключенных к системе майнеров существует постоянная конкуренция. Представьте, что в некотором кафе за прилавком стоят десять барменов со своими миксерами: они соревнуются в том, кто первый успеет сделать коктейль из фруктов и ягод — смузи. Состав смузи они не выбирают, их задача просто держать кнопки на миксерах. Кто первый перемешал фрукты с ягодами до нужной консистенции, тот и выиграл — он отдает стакан гостю. Навыки бармена тут большой роли не играют, важно только, насколько мощный у него миксер. Гости заведения не хотят, чтобы рецептура смузи нарушалась, поэтому барменом-злодеем будет тот, кто добавит в исходный состав новый ингредиент. Но сделать это незаметно он не сможет. Во-первых, гости легко почувствуют, что вкус изменился. Во-вторых, злодею нужно иметь самый мощный миксер из всех и провернуть махинацию быстрее, чем все другие бармены. А это будет практически невозможно, если несколько барменов решат объединить усилия, чтобы быстро собирать один стакан смузи из нескольких маленьких порций, которые каждый мешает по отдельности.

МАЙНЕРЫ — особые участники блокчейн-системы. Их компьютеры настроены на режим проверки переводов других участников. Сама проверка — это решение несложной математической задачи за фиксированное время. Во многих криптовалютах за эту работу майнерам выдается награда в виде новых монет (механизм эмиссии PoW). Но это не обязательно для блокчейна! Бывают и другие способы эмиссии. 

Стакан со смузи — это блок в блокчейне. Переводы — это вишенки, виноградинки и кусочки банана. У каждого перевода есть уникальный номер. Сложенные вместе эти номера образуют название блока. Этот процесс сложения называется «хеширование», и именно над ним работают тысячи компьютеров майнеров, подключенных к системе по всей планете. Они миксуют номера всех транзакций, чтобы получить «хеш» блока, то есть вкус смузи. Кто получил хеш-сумму первым, тот и добавляет новый блок в блокчейн. Потом его работу перепроверяют еще несколько майнеров, и блок считается «валидным», то есть подтвержденным. Если вдруг какой-то майнер захочет добавить в блок несуществующий перевод, «хеш» его блока будет отличаться, как отличается вкус смузи, в который что-то подмешали.

Вот почему всем так нравится блокчейн: чем больше участников, тем выше безопасность. Вместе с новыми транзакциями майнеры складывают еще и хеш-сумму (то есть название) предыдущего блока, поэтому фальсифицировать какой-то старый блок тоже не получится — через этот простой трюк все блоки связаны между собой. Здесь нужно сделать оговорку: технически процесс вычисления хеша — это чуть более сложная математическая операция, но мы объяснили ее свойства и эффект.

ХОРОШО, НО Я ТАК И НЕ ПОНЯЛ, КТО ВЫДАЕТ НОВЫЕ ЖЕТОНЫ?

Это зависит от правил конкретной системы. Давайте не забывать, что блокчейн — это просто технология упорядочивания данных. Если жетоны, записанные в блокчейне, играют роль именно денег, систему называют «криптовалютой». Сейчас в большинстве криптовалют новые монеты автоматически появляются как раз у майнеров, записавших очередной блок в блокчейн: система автоматически компенсирует им затраты времени и электричества. Такой принцип называется PoW — proof of work («доказательство труда», с англ.). Еще майнеры могут получать микроскопическую комиссию с каждого перевода. Благодаря этому криптовалюты не нуждаются в центральных банках — ответственность и работа разделены, и никто не может напечатать себе немножко денег, потому что скорость выпуска новых жетонов, которые раздаются майнерам, зафиксирована в коде криптовалюты, изменить ее нельзя. Степень контроля тут тоже можно определить только статистически: например, большинство майнеров биткоина сидит в Китае, но у других монет такой поляризации нет. Кстати, в июне московский майнер криптовалют уже рассказывал The Village о своем труде и заработке.

Майнинг — только один из вариантов эмиссии, то есть выпуска новых монет. Такие правила заложены в исходном коде биткоина и нескольких других криптовалют их создателями. В других криптовалютах, где код писали другие люди, роль майнеров, например, могут выполнять те пользователи, у кого лежит больше всего монет на блокчейн-адресах. То есть те, кто «богаче», те и добавляют новые блоки в блокчейн. Их называют «форджерами», а такую систему — PoS (proof of stake — «доказательство доли», с англ.). Вознаграждение за «форджинг» они получают пропорционально количеству своих монет — почти как проценты, которые капают на депозит. О других механизмах защиты блокчейна можно прочитать, например, тут. Бывают системы, где новые «жетоны» вообще не появляются: их выпустили ограничено при старте системы, распределили между участниками, а дальше только передают друг другу. Это удобно, если ваш блокчейн — не валюта, а, например, реестр прав на землю или какие-нибудь лицензии.

БЛОК — несколько строчек блокчейна, собранные в группу. Каждая строчка — отдельный перевод, у которого есть номер.

У каждого блока есть «название», или «хеш». В нем сложены все номера переводов этого блока, а также хеш предыдущего блока. Таким образом, все блоки связаны между собой, а хеш каждого блока уникален. Процесс вычисления хеша называется «хешированием», им и занимаются майнеры.

Обычно блок имеет фиксированный «вес», в мегабайтах.

МАЙНИНГОВЫЕ ПУЛЫ — объединение нескольких майнеров в группу, чтобы вместе вычислять хеш одного блока, а вознаграждение делить поровну.

Информация, которую А передал Б через блокчейн, может быть и «монетой», и «лицензией», и «подписью», и другой ценностью компании

ЧТО ЗНАЧИТ «БЛОКЧЕЙН — НЕ ВАЛЮТА»? А ЧЕМ ЕЩЕ ОН МОЖЕТ БЫТЬ?

«Блокчейн для биткоина представляет собой то же, что интернет для электронной почты, — объясняет обозреватель Financial Times Салли Дэвис. — Это большая электронная система, в которой можно создавать приложения. Валюта — одно из таких приложений». Сама информация, которую А передал Б через блокчейн, может быть и «монетой» (то есть использоваться как валюта), и «подписью», и «лицензией» или какой-то другой внутренней ценностью компании. Это зависит от того, в какой сфере применяется технология. Например, американский сервис Blinded позволяет фотографам передавать через блокчейн авторские права на снимки, а блокчейн австрийского стартапа Ascribe защищает права художников на живопись и рисунки. В обоих случаях вам как автору сначала нужно оцифровать свою работу и загрузить ее в систему. Предположим, какой-то журнал теперь хочет напечатать вашу фотографию. Сделку вы заключаете через блокчейн — вам отправляют монетки криптовалюты, а вы отправляете копию снимка. Теперь у журнала будет приватный ключ к переводу, которым он всегда может доказать законность публикации. А у кого ключа нет, тот своровал снимок.

Точно так же в другом стартапе, лондонском Everledger, единица информации — это точный паспорт бриллианта, в котором зашифрованы 40 параметров камня. Разные владельцы пересылают друг другу этот паспорт через блокчейн при перепродаже. У каждого нового владельца остается приватный ключ к последней пересылке паспорта. Если кто-то попытается продать ворованный бриллиант, покупатель может проверить его через Everledger, вбив несколько параметров в сервис. Если камень найдется в блокчейне, продавец должен будет предъявить приватный ключ. У кого ключа нет — тот своровал камень. В сентябре у Everledger было зарегистрировано 1,6 миллиона драгоценных камней по всему миру. Эстония же, например, решила внедрить новую технологию масштабнее: в 2016 году компания Guardtime по заказу эстонского правительства начала переводить медицинские карты миллиона пациентов страны на блокчейн-основу.

ЧТО В БЛОКЧЕЙНЕ ПРОРЫВНОГО?

Самый важный эффект: ценности внутри блокчейна передаются напрямую, на любые расстояния — и банки или другие «доверенные руки» для этого не нужны. В гротескном фильме 2006 года «Хоттабыч» Петра Точилина есть сцена, когда айтишник подшучивает над вымогателем, заявляя, что отправил ему деньги «по емейлу». В 2017 году шутка уже не актуальна: приватный ключ от любой криптографической собственности сейчас действительно можно переслать даже по электронной почте. «Если вы — „Газпром“, то у вас в штате тысяча водителей, которые возят вещи по всей России, — объясняет крипто-энтузиаст Владимир Смеркис, основатель The Token Fund. — Вы выдаете тысячу доверенностей в день. Их нужно нести на подпись Татьяне Михайловне, потом Надежде Петровне, потом Сан Санычу, хотя можно просто записать в корпоративный блокчейн: „гендиректор Сергей Палыч отдал вещь Арсену“ — вот и весь документооборот». Цепочка передач продолжится дальше — от Арсена к новому владельцу вещи и далее, а блокчейн сохранит историю. 

Никакие доверенности подделать нельзя, и это серьезно упрощает государственный аппарат. Например, кадастровый учет в Грузии уже перевели на блокчейн в прошлом году. Как он работает, рассказывает Владимир Смеркис: «Представим, что на Рублевке десять лет живет одинокая бабушка. Потом она умирает, а внуки об этом не знают. Некий человек приходит к чиновнику, дает ему взятку, чиновник переписывает бумажную доверенность бабушки — все, земля поменяла собственника. Грузинский же реестр недвижимости на блокчейне — это не эксперимент, через него уже выдали более 100 тысяч документов. Если вы в Тбилиси на проспекте Руставели продали своему другу квартиру, доверенность на нее перейдет от одного адресата к другому напрямую, и подделать ее будет невозможно». Кроме Грузии, реестр недвижимости уже модернизировали Швеция, Гана и даже Гондурас, а Украина решила внедрить технологию масштабно, во все правительство.

ПОЧЕМУ ГОВОРЯТ, ЧТО БЛОКЧЕЙН УБЬЕТ БЮРОКРАТИЮ, И ЧТО ТАКОЕ СМАРТ-КОНТРАКТЫ?

«Когда программисты придут к власти, целые министерства заменят на небольшой скрипт», — в 2011 году эта фраза пользователя «Хабрахабра» разлетелась по Сети. Сейчас ясно, что роль абстрактного «скрипта» будет играть именно блокчейн. Люди давно мечтают о том, чтобы заменить автоматикой бумажную работу чиновников: так будет быстрее, дешевле, а заодно исчезнет и человеческий фактор. В 2013 году русско-канадский программист Виталик Бутерин придумал Ethereum, а через год с ним уже хотели сотрудничать Microsoft, IBM, Lufthansa, легендарный американский банк JPMorgan Chase и многие другие. Ethereum — это еще одна криптовалюта вроде биткоина, только лучше. Помимо манипуляций со своими монетами — «эфиром» (ETH), код Ethereum позволяет программировать сделки, которые «совершатся» автоматически, когда будут выполнены заданные программистом условия. Это как научить монету самой отправляться к новому владельцу в нужный момент. Такие сделки называются «смарт-контракты», и они похожи на «отложенные посты» в соцсетях. 

Например, если вы заключаете смарт-контракт со страховой компанией на страхование жизни, то выплата вашим родственникам произойдет автоматически, когда в ЗАГСе появится свидетельство о вашей смерти (если у ЗАГСа будет, например, сайт). Рыночные примеры есть и в маленьком масштабе: французский сервис Fizzy через смарт-контракты страхует авиаперелеты от задержек дольше чем на два часа. Не выплатить деньги в виде криптовалюты авиакомпания просто не сможет: если все ее страховые контакты записаны в блокчейн, то сфальсифицировать их условия невозможно. Самый простой пример алгоритма в госуправлении — это аукцион. Если научить смарт-контракт быстро сравнивать заявки по госзакупке и выбирать победителя, люди-оценщики в тендерных комитетах станут просто не нужны. Разве что смарт-контракт должен составить «смарт-юрист». Вакансии таких разработчиков на Headhunter сейчас оцениваются в 200–400 тысяч рублей.

КАК ВНЕДРИТЬ КУДА-ТО БЛОКЧЕЙН С ПОМОЩЬЮ ТОКЕНОВ И ICO?

Обычно для того, чтобы научить компанию или госструктуру работать с новой технологией, привлекают специалистов со стороны. Для «внедрения» блокчейна программистам нужно написать код новой системы индивидуально под каждую задачу заказчика, будь то госзакупки, торговля продуктами или выборы президента. Компании, которые используют блокчейн, можно разделить на три группы — в зависимости от того, насколько «истерично» они его у себя внедряют.

СМАРТ-КОНТРАКТЫ — программируемые отложенные сделки, перевод по которым произойдет автоматически, когда одна из сторон подтвердит выполнение условий. Криптовалютные смарт-контракты придумал Виталик Бутерин, основатель блокчейн-платформы Ethereum и криптовалюты эфир, человек 2017 года по версии Bloomberg.

Первые действительно используют блокчейн регулярно для передачи или хранения важных корпоративных данных. Для этого компания выпускает много «токенов» — это синоним «жетона» в блокчейне. Токеном назначается какая-то ценность. Доверенности в примере Владимира Смеркиса про «Газпром» — это тоже токены. Другой реальный пример: токены в голландской системе Dentacoin, которые пользователи получают каждый раз, когда оставляют частной стоматологической клинике отзыв об ее услугах. Такая информация важна и для клиентов, и для инвесторов клиники. Потом этими токенами можно, например, заплатить за операцию в других клиниках из системы. Токены здесь — это часть инфраструктуры. По этому же принципу на блокчейн можно перевести, например, выборы, рассказывает Смеркис, основатель The Token Box: «Самое простое — при рождении каждому гражданину выдается по одному голосовательному токену. Когда наступает день голосования, человек (если он совершеннолетний) отправляет свой токен на специальный счет Собчак, Путина или Зюганова. Вся статистика открыта, все переводы можно отследить, искусственно размножить голоса не получится. Все прозрачно».

Выпустить свои токены может любой. Уже упомянутая блокчейн-платформа Ethereum первая предоставила такую возможность всем желающим. Зачем создавать маленькие, ненадежные блокчейны, если можно привязать свои новые монетки сразу к древнему и огромному блокчейну эфира (ETH)? Физически это происходит так: ваша система токенов создается программистом «поверх» блокчейна эфира — как если бы вместо фигурок на шахматной доске вы с другом решили использовать цветные зажигалки. Это значит, что новой системе, как бы «надстройке», нужна сумма из нескольких монет эфира, чтобы токены можно было передавать кому-то еще. Такая «теневая» техническая сумма монет называется «газом». Она как топливо в бензиновом двигателе, а токены — это сами колеса автомобиля. Минимальный объем газа для токенов на Ethereum — один эфир. Вообще, «газом» называют топливо для любого смарт-контракта, потому что выпуск токенов тоже программируется с их помощью.

Несмотря на доступность технологии, разработчиков, которые умеют внедрять и настраивать блокчейн для других компаний, сейчас можно пересчитать по пальцам. Среди самых заметных: американо-грузинская BitFury, уже упомянутые Guardtime в Эстонии, конечно же, Ethereum Foundation, а также российский конструктор блокчейн-проектов Waves Platform Александра Иванова со своей одноименной криптовалютой. По словам бывшего вице-президента «ВКонтакте» Ильи Перекопского (основателя Blackmoon Crypto, еще одной российской платформы для токенизации бизнесов), полный пакет работ по созданию «эксклюзивного» блокчейна обходится минимум в 1–3 миллиона долларов.

ТОКЕН — это единица информации для передачи через блокчейн, которой соответствует какая-то ценность. Монеты в криптовалютах — частный пример токена.

ТОКЕНИЗАЦИЯ — процесс внедрения блокчейна в какую-либо компанию, бизнес или гос. структуру. Для этого отдельный блокчейн программисты создают под конкретную задачу заказчика. Токеном может стать и килограмм руды, и табуретка, и проездной билет, и голос на выборах — зависит от того, кто решает использовать блокчейн и для чего он будет нужен.

ГАЗ — так называют монеты криптовалюты, которые нужны надстраиваемым блокчейн-системам для процессинга токенов. То есть для компаний, внедривших себе блокчейн с использованием кода Ethereum, эфир — это топливо, «газ», без которого токены передаваться не будут.

Физически это происходит так: ваша система токенов создается программистом «поверх» блокчейна эфира — как если бы вместо фигурок на шахматной доске вы с другом решили использовать цветные зажигалки

Другие стартапы выпускают свои токены для того, чтобы собрать деньги с широкого круга людей, которым понравилась некая новаторская идея. По сути, это классический краудфандинг, только называется он ICO (Initial Coin Offering — первичное размещение монет, с англ.). Эти токены тоже распределяются через блокчейн, но в самой работе компании они при этом могут и не участвовать. Как правило, один токен во время ICO соответствует единице продукта, который компания обещает выпускать, если бизнес заработает на полную катушку. В назначенный день ICO открывается, и люди скупают ограниченное количество токенов компании за другие криптовалюты, например за биткоины или эфир. Потом вкладчики смогут вернуть деньги, продав свои токены обратно компании, или даже заработать на перепродаже — часто токены возрастают в цене после открытия торгов. Один из самых заметных ICO в России весной этого года провел стартап ZrCoin. Компания собрала 7 миллионов долларов и теперь строит в мягко говоря неблагополучном Магнитогорске завод по производству диоксида циркония — это востребованный в металлургии материал. Один токен ZrCoin приравнивался к килограмму диоксида. Кстати, в России есть и компании, которые проводят ICO «под ключ», то есть «на заказ» для других компаний. Например, в июле сооснователь ModernToken Александр Гаркуша рассказывал, что проведение всего цикла ICO обойдется в 310 тысяч долларов.

Бывают менее криминальные, но такие же бесполезные примеры «внедрения» блокчейна даже в крупные корпорации. Уже упомянутая Waves Platform в 2017 году создала готовую блокчейн-инфраструктуру для Burger King в России. Корпорация выпустила свою криптовалюту «вопперкоин» (по названию фирменного бургера), но никак ее не использует, заявляет Смеркис: «Мало лишь создать токен, потом нужно построить экосистему и сообщество, в котором он будет использоваться. Burger King же, который славится ярким маркетингом, просто заставил СМИ бесплатно написать новости о себе. Он никак не использует свою криптовалюту. Это яркий пример того, когда блокчейн нужен компаниям только ради хайпа». Эксперты Bloomberg cогласны: «реально» — то есть для функционирования блокчейнов внутри компаний — используется только каждый десятый токен из всех, выпущенных после ICO 2017 года.

ICO — Initial Coin Offering, то есть первичное размещение монет — токенов. Во время открытого ICO компания выпускает ограниченное количество токенов и продает их всем желающим. Цена одного токена при этом может как упасть, так и вырасти, если на него большой спрос или компания перспективная. Если же ICO закрытое, токены выпускаются для внутренней работы блокчейна в какой-то компании (тогда блокчейн называют «эксклюзивным») и раздаются только сотрудникам. 

ВЕРНЕМСЯ К КРИПТОВАЛЮТАМ. ЧТО ТАКОЕ БИТКОИН?

Технически биткоин — это просто первая цифровая валюта, которая использует блокчейн. Этим объясняется его невероятная популярность. Биткоин придумал человек или команда под псевдонимом Сатоши Накамото, еще в 2008 году описав весь принцип работы на девяти листах формата A4, а уже в 2009-м представив первую рабочую программу-клиент. Многие журналисты-расследователи пытаются найти Сатоши, ведь, судя по блокчейну, он никогда не тратил почти миллион своих биткоинов (около 900 миллиардов рублей по нынешнему курсу). Сейчас биткоинами пользуются более 10 миллионов человек по всему миру. Характерное отличие биткоина от многих криптовалют — ограничение его эмиссии. Это значит, что всего майнерами будет «добыто» конечное число биткоинов — 21 миллион монет. Это запрограммировано в коде биткоина с самого начала (подробнее написано вот здесь). Исходный код биткоина открыт — то есть любой может написать к нему свою программу-клиент. Именно эти клиенты часто называют «кошельками», хотя хранятся в них только те же приватные ключи (разные варианты кошельков описываются, например, здесь). Сейчас рыночная цена биткоина колеблется на уровне 16 тысяч долларов.

ЧТО СЕЙЧАС ПРОИСХОДИТ С КУРСОМ БИТКОИНА?

На прошлой неделе биткоин потерял около 40 % от наивысшей цены декабря, когда он стоил 19 тысяч долларов. У многих инвесторов это вызвало панику. Но другие трейдеры заметили: за этот год цена биткоина уже шесть раз падала больше чем на 30 %, а потом снова начинала расти. Такое временное падение курса любой ценной бумаги называют «коррекцией». Во время коррекции валюту продают те, кто купил ее раньше задешево, — чтобы успеть продать подороже. Поэтому курс резко обваливается, и все выглядит катастрофой. На самом деле цены всех криптовалют сейчас растут гораздо быстрее, чем саму технологию блокчейна успевают внедрять в бизнес — это главная причина кратковременной «надутости» рынка, отмечает Тимур Нигматуллин, финансовый аналитик компании «Открытие брокер»: «Анализ большинства глобальных „пузырей“ века показывает, что они коллапсируют с откатом в несколько десятков или даже сотен раз, когда их капитализация приближается к 0,8–3,5 триллиона долларов. Сейчас капитализация рынка криптовалют — около 0,65 триллиона (доля биткоина 50 %), хотя в начале 2017 года была менее 18 миллиардов». Нынешняя коррекция закончится скоро, подытоживает аналитик: «Рынок войдет в диапазон, в котором могут стартовать новые распродажи, уже в начале 2018 года».

СКОЛЬКО БИТКОИН СТОИТ НА САМОМ ДЕЛЕ? У НЕГО ЕСТЬ ПОТОЛОК?

Предел роста любой валюты определяется размерами рынка, на котором эта валюта популярна, объясняет Нигматуллин: «Если предположить, что биткоин в будущем заменит все деньги в мире и будет использоваться как единое платежное средство, общая стоимость всех выпущенных монет биткоина (его капитализация. — Прим. ред.) будет стремиться к размеру всей денежной массы мира. Сейчас это примерно 80 триллионов долларов. Капитализация биткоина же — около 270 миллиардов. То есть в этом сценарии биткоин вырастет в цене еще минимум на два порядка. Другой вариант: отталкиваться от популярности биткоина, например, на черном рынке. Его глобальный объем сейчас — 1,8 триллиона долларов (не только наркотики и оружие, а вообще все, что в тени). То есть пока это все равно больше, чем капитализация биткоина, и у него есть четкая перспектива роста», — заключает аналитик. Экономист Роберт Шиллер, который получил Нобелевскую премию как раз за оценку «пузырей», недавно заявил, что у биткоина есть признаки «надутости», но связаны они именно со страстью толпы. Саму революционность блокчейна Шиллер под сомнение не ставил. Это значит, что многие люди, вкладываясь в биткоин, просто реализуют свою веру в новую технологию вообще, о свойствах этой конкретной криптовалюты они не думают. Для того чтобы торговать криптовалютой, не требуются такие же лицензии и капиталы, как для классического фондового рынка, поэтому среди покупателей биткоина так много «нервных» трейдеров, которые сильно увеличивают колебания курса вверх-вниз.

40 % биткоинов находятся в руках всего у одной тысячи человек. Их называют «китами», и все они, вероятно, знакомы друг с другом

Какие у биткоина есть проблемы? Например, 40 % его монет находятся в руках всего одной тысячи человек, сообщает Bloomberg. Их называют «китами», и все они, вероятно, знакомы друг с другом. Это значит, что, объединившись, «киты» могут сильно влиять на цену криптовалюты. Если вспомнить, что основные майнинговые мощности биткоина расположены в Китае, децентрализованность выглядит натянутой. Еще одна неприятная новость: на сам майнинг, то есть подтверждение транзакций биткоина уже уходит очень много энергии — вся страна Ирландия сейчас тратит меньше электричества, — а ведь эта криптовалюта будет требовать все больше и больше.

Большинство трейдеров все равно сходятся во мнении, что биткоин — это прямой конкурент золоту. Все золото мира сейчас стоит примерно 6,5 триллиона долларов — это в 20 раз больше нынешней капитализации биткоина. У них одинаковое главное свойство — ограниченность ресурса. Масса золота на планете конечна, как и количество биткоинов к 2140 году. Поэтому биткоин неизбежно будет дорожать со временем — спрос на него увеличивается, тогда как выпуск новых монет замедляется. Этот эффект в экономике называют «дефляционной спиралью».

В будущем биткоином станет не очень удобно оплачивать покупки (как сейчас золотом), и он, вероятно, будет играть роль просто ценной бумаги. Американский инвестор и основатель хедж-фонда Morgan Creek Capital Management Марк Юско в интервью Bloomberg News заявил, что в долгосрочной перспективе биткоин будет стоить 400 тысяч долларов за монету. Тимур Нигматуллин при этом уточняет, что расти, вероятно, будет весь рынок криптовалют, но не доля конкретного биткоина на нем: «От биткоина в разное время отделились несколько валют, то есть произошло несколько его „форков“. Часть владельцев кошельков основала свою криптовалюту Bitcoin Cash, а потом еще и Bitcoin Gold. С точки зрения кода (то есть самой технологии) они все объективно лучше, чем оригинальный биткоин: быстрее, дешевле — но их цена все равно растет медленнее».

ЧТО ТАКОЕ «ФОРК»? ЭТО СТРАШНО?

Нет, форк — это не страшно, но нужно понимать физический смысл. Помните метафору про майнеров-барменов, которые все вместе мешают миксерами смузи, чтобы получить нужный вкус — хеш блока? Тогда мы не рассказали, что происходит со злодеем, который попытался отдать посетителю смузи с другой рецептурой. На самом деле его никто не наказывает: блок, который блокчейн не подтвердил, остается как бы «в стороне». Программа-клиент криптовалюты не видит его, потому что она настроена считать настоящей только самую длинную цепочку блоков. «Злодейский» же блок никогда не станет самым свежим, потому что злодей не сможет обогнать всех остальных майнеров.

Но что, если майнер-отступник сознательно хочет создать параллельный блок, с новыми параметрами? Например, предложив включать в него больше транзакций — как бы изменив размер стакана смузи, — или применив другое, улучшенное шифрование?

Разделение блокчейна на несколько ветвей и называют «форком» (fork — буквально «вилка», с англ.). Форк провоцируют искусственно, если какая-то часть пользователей криптовалюты хочет кардинально изменить ее свойства. Для этого разработчики пишут новую программу-клиент. История блокчейна до даты форка остается той же, но все последующие блоки майнеры вставляют уже в новую, независимую ветку с другими свойствами. Старый клиент новую ветку видеть не будет, а вот новый будет работать только с ней. В итоге старые переводы оказываются продублированы, но возникает новая криптовалюта. Как будто вам в придачу к заказанному стакану смузи выдали еще один в подарок, а затем продавец снял фартук, сказал «я открываю свое кафе» — и ушел, зазывая вас с собой. Типичными примерами форка считаются отделение Bitcoin Cash 1 августа 2017 года и появление Bitcoin Gold 24 октября. Сейчас крипто-СМИ заявляют, что у биткоина до конца декабря запланировано еще четыре форка.

Какие у форка могут быть опасности? С одной стороны, он никак не сказывается на вашем количестве монет в оригинальной криптовалюте. Во-первых, впервые они выставляются на торги через криптовалютные биржи. Стартовую цену им задает тоже биржа, и никто точно не знает, по каким принципам эта цена вычисляется. Кроме того, у «форкнутых» валют с оригинальной валютой всегда общая история предыдущих транзакций — а значит, и количество выпущенных монет. Но владельцы этих монет могут за ними никогда не прийти, если новая валюта им просто не интересна. Криптовалютные биржи игнорируют этот факт и считают капитализацию новых валют и с учетом «неактивных» блокчейн-адресов тоже.

ФОРК — раздвоение цепочки блоков криптовалюты на две ветки с общей историей прошлых переводов, но различными параметрами последнего блока. С момента разделения блокчейны становятся независимы друг от друга — возникает новая криптовалюта. Чтобы использовать «отколовшуюся» криптовалюту, нужно установить альтернативную программу-клиент.

ЗАЧЕМ НУЖНЫ ДРУГИЕ КРИПТОВАЛЮТЫ?

Криптовалют очень, очень много — 1 300 наименований (по данным листинга Coinmarketcap). За всеми стоит технология, и именно инновация обеспечивает спрос на них — как если бы в качестве денег в вашей стране использовали деревянные дощечки с резьбой, а ученые вдруг придумали бы банкноту из ультратонкого пластика, которую еще и невозможно подделать. У всех криптовалют разный способ эмиссии, разная скорость подтверждения транзакций, комиссия, разный принцип майнинга (PoW, PoS и другие), но все используют принцип блокчейна — то есть децентрализацию и множественное копирование истории. Рожденные после форка валюты тоже торгуются на криптовалютных биржах вместе со всеми. Портал TechCrunch недавно опубликовал список «100 топовых криптовалют с описанием в четыре слова на каждую» (русскоязычную версию можно посмотреть здесь). Мы же чуть подробнее расскажем о нескольких главных игроках. 

Эфир (Ethereum) — криптовалюта проекта Ethereum Platform, российско-канадского программиста Виталика Бутерина, появилась в 2015 году. Вторая по капитализации после биткоина, а еще она быстрее, и комиссия тоже меньше. Умнее — потому что эфир используется как «газ» для смарт-контрактов. Именно поэтому за один день через эфир часто передают больше денег, чем через биткоин: на платформе Ethereum сейчас проводится большинство ICO, выпускается больше всего токенов. Однако эмиссия эфира не ограничена, и новые монеты выпускаются постоянно, поэтому стоимость одного эфира не растет так же быстро, как биткоин. На его цену влияют партнерства, которые Ethereum Foundation заключает с крупными компаниями, в 2017 году среди них были даже российские Сбербанк, ВТБ и ВЭБ. 

Litecoin — когда в 2013 году биткоин перестал быть «нишевой игрушкой», инвесторы начали подыскивать ему альтернативы на совсем молодом криптовалютом рынке. Лайткоин придумал бывший программист Google Чарльз Ли, и на несколько лет он стал «второй криптовалютой», хотя сейчас спустился на шестое место по капитализации. По своим свойствам лайткоин быстрее биткоина — откуда и родилось его название. Недавно Ли продал все свои монеты, якобы, чтобы перестать влиять на цену криптовалюты. 

Bitcoin Cash и Bitcoin Gold — это уже упомянутые форки биткоина, произошедшие в 2017 году. Bitcoin Cash быстрее, потому что в нем размер блоков увеличен с 1 до 8 мегабайт, и надежнее — потому что применяется немного другое шифрование. Bitcoin Gold допускает майнинг только с помощью «домашнего оборудования» и технически не позволяет майнить в промышленных масштабах: таким образом создатели новой криптовалюты хотят избавиться от влияния Китая и увеличить степень децентрализации. 

Ripple — блокчейн-платформа с одноименной криптовалютой для межбанковских переводов. С 2014 года компания-разработчик Ripple Labs. целенаправленно работает над удобством именно для банков: среди партнеров — такие крупные официальные структуры, как Национальные банки Абу-Даби и Австралии и UniCredit Group. Трейдеры обращают внимание на то, что риппл — это не классический «открытый блокчейн для всех», а именно корпоративная разработка. Из-за его нынешней централизованности и приоритетов менеджмента сам автор криптовалюты Джед МакКалеб покинул Ripple Labs. Любопытно, что во время декабрьского падения рынка Ripple, наоборот, вырос. 

Dash — изначально эта валюта называлась Darkcoin, но переименовалась в 2015 году. Dash отличается гибкостью: несмотря на децентрализацию, разработчик валюты может быстро обновлять исходный код, добавляя новые функции. Сами переводы при этом остаются защищены. «Есть несколько прорывных нововведений, повышена анонимность платежей. Часть комиссии за транзакции и 10 % вознаграждения майнеров отчисляются создателям криптовалюты, и это позволяет им содержать разработчиков и рекламщиков, чтобы постоянно совершенствовать валюту», — отмечает Тимур Нигматуллин. По стоимости одной монеты Dash сейчас находится на третьем месте, после биткоина и его форка Bitcoin Cash. 

Monero — перспективная криптовалюта, и в первую очередь — для черного рынка. Монеро отличается абсолютной анонимностью: просто просмотреть нельзя ни суммы, ни адреса переводов. Отследить получателя невозможно, хотя все принципы безопасности блокчейна сохраняются.

Вместе с криптовалютами на биржах торгуются и токены разных блокчейн-проектов, такие как TRON, IOTA, EOS, Tether, Golem, Waves и многие другие. Часто токены после ICO высоко взлетают в цене, оставляя обычные криптовалюты позади в общем топе-20. 

СТОП, КАКИЕ ЕЩЕ «КРИПТОВАЛЮТНЫЕ БИРЖИ»?! ЗНАЧИТ, КРИПТОВАЛЮТЫ ВСЕ-ТАКИ КТО-ТО КОНТРОЛИРУЕТ?

На самом деле да. Вы как потребитель можете использовать блокчейн, только если купите токены или криптовалюту за рубли или доллары. Криптотрейдеры называют обычные деньги «фиатом». Сам процесс обмена — «грязная» и примитивная процедура, никак не связанная с технологией распределенных реестров. Криптовалютные биржи — это классический посредник, зачастую не имеющий даже обычных банковских лицензий. То есть, чтобы воспользоваться дарами децентрализации внутри конкретной блокчейн-системы, вам все равно нужно довериться некоему неизвестному человеку в интернете, перевести ему фиатные деньги и просто ждать.

Криптовалютные биржи могущественны. Помимо того что они определяют стартовую цену новых валют (то есть как бы выставляют их на витрину), любые проблемы с выводом средств и сервисом вызывают резкие скачки курсов. У биржи всегда есть свои владельцы, один или несколько блокчейн-адресов, через которые проводятся платежи, и администрация. Именно с ней новые блокчейн-проекты договариваются о проведении ICO — это как арендовать точку на рынке, где ты собираешься продавать помидоры. Самые крупные биржи — это старая калифорнийская Poloniex, гонконгская Bitfinex, южнокорейская Bithumb, а также Binance и Bittrex. В основном обмен идет между разными криптовалютами либо с долларом, евро, йеной и южнокорейской воной. Рублевые пары доступны сейчас только на украинской бирже Exmo. Нередки случаи банкротств, например, когда менеджмент биржи не справляется с оттоком средств, или в результате банального взлома, — как это второй раз произошло с южнокорейской Youbit совсем недавно, 19 декабря (первый раз биржу взламывали летом, украв более 4 тысяч биткоинов).

Электронные платежные системы — это еще один тип посредника, с которым вы можете столкнуться, если захотите купить криптовалюту. Дело в том, что многие биржи могут не поддерживать переводы с конкретных региональных банков или требовать слишком большую комиссию. Тогда трейдеры прибегают к «фиатным шлюзам» — это электронные платежные системы (как WebMoney или «Яндекс.Деньги») через которые вы переводите деньги, как через прокладку. Большинство из таких платежных систем вроде Perfect Money или Payeer — «всеядны». Они оптом заключают партнерства как с биржами, так, например, и с настоящими финансовыми пирамидами. Листинг всех фиатных шлюзов можно посмотреть здесь, иногда это совсем небольшие «денежные мешки» без всяких гарантий, зато с «авторитетом» в виде положительных комментариев или звездочек в рейтинге.

Ни биржи, ни фиатные шлюзы не используют блокчейн во время обмена, то есть такую операцию можно отследить, а обменник может просто украсть ваши деньги. «Счета на биржах — это как обычные деньги. Вы можете хранить их у себя в сейфе, а можете деньги эти завести на биржу и ждать, когда акции компании Apple будут стоить дешево, чтобы их купить. Если биржа разрушится, ее хакнут или закроют власти, вы потеряете и свои деньги на ней, — резюмирует Владимир Смеркис. — Поэтому важный совет: не хранить ничего на биржах. Пополнять ваш счет там только на время операции. Захотели обменять биткоин на эфир — зашли на биржу, совершили обмен и вывели свои деньги». Саму криптовалюту инвестор рекомендует хранить только в виде приватных ключей, хотя даже эти ключи позволяют «выводить» далеко не все биржи.

Еще один способ обезопасить свои фиатные операции — сотрудничать только с биржами, официально зарегистрированными в качестве финансовых организаций, например, в странах, где оборот криптовалют уже узаконен. На таких легальных биржах, как Bitstamp, Kraken, Coinbase или CEX пополнение или вывод ваших средств будут защищены государством. Заменой же варварских обменников вообще могут стать DEX — то есть децентрализованные биржи, где любые обменные операции записываются в блокчейн так же, как и переводы внутри одной криптовалюты. Большинство DEX сейчас находится в состоянии альфа и бета-тестирования. Из наиболее крупных — децентрализованная биржа от Waves Platform, которую запустили в ноябре. 


Оцените эту запись блога:
Как выглядят дома будущего для дачных участков тех...
уникальная мега-яхта Oceanco (6 фото)

ЕЩЁ ТЕХНОЛОГИИ

 

 

 

 

МОЖНО ПРОДОЛЖИТЬ

07 июня 2018
02 августа 2017