И стала серой мышью...

И стала серой мышью...

Встречался я когда-то с девушкой. Алина. Обычная девчонка из провинции, заканчивала последний курс педа.

Живой ум, яркая внешность, училась на филфаке, всегда было о чем поговорить. После получения диплома она спешно нашла работу в одной из школ. Осенью мы съехались.

Работа в школе ей нравилась и подход у нее к детям был какой-то свой, индивидуальный. Я приезжал с работы поздно (работал мастером на стройке), и за ужином она всегда эмоционально делилась со мной событиями в школе. У нее были 8-9 классы, но потом заболела одна из учительниц и ей нагрузили еще пару 10-х классов. Как-то за ужином я вспоминал свои школьные годы и рассказал ей одну историю:

Я учился в 10-м классе и мы разбирали «Преступление и наказание» Федора Михайловича. Надо сказать, что книгу я воспринял очень серьезно, и мне было очень жаль Родиона Раскольникова. Но моя классная руководитель навязывала нам только одну версию – виноват только Родион, преступления совершать нельзя. Я пытался опровергнуть эту версию вслух, но был высмеян. А позже озвучил свое мнение в сочинении. Причем за содержание я получил 4, а за грамотность 5.

После этого я задал вопрос Алине, как они разбирают такие произведения и как действует она. Она ответила, что наоборот пытается развить в детях индивидуальность и делать свои собственные выводы. Она устраивает семинары, позволяет обсуждать все моменты коллективно. Ответ этот меня устроил, я был рад тому, что мы отошли от тех времен, когда навязывалось шаблонное мнение. 

Буквально через месяц ее вызвал на ковер директор. Ей нужно было провести открытый урок для какой-то комиссии. Она восприняла эту информацию с восхищением, вот он, ее звездный час. На открытый урок она выбрала «Собачье сердце». Там были озвучены все скрытые насмешки над режимом и все это обсуждалось детьми. Надо ли говорить, что в составе комиссии были в основном тетки, или правильнее уже бабушки, которые восприняли данную информацию очень критично. Получила она знатно – директор и завуч орали на нее так, как будто она школу эту взорвала. Причем еще ей сделали замечания за яркий макияж и прически, хотя в их школе старые матроны ходили с километровыми ногтями. В конце всей эпопеи ей дали в нагрузку классное руководство, типо тоже кого-то там замещать.

В итоге она стала частенько задерживаться на работе, на мои резонные вопросы по поводу нужности этого всего отвечала, что нужно себе заработать имя, авторитет, а потом можно голову поднять. Я уже не говорю про постоянные звонки родителей, проверку тетрадей до 12 ночи, классные собрания, где она собирала деньги.

В итоге из яркой, незаурядной и интересной личности она превратилась в какую-то скучную, затравленную, забитую серую мышь. Я пытался помочь, предлагал сменить школу или вообще сферу деятельности, но она не шла навстречу. Как итог – все чувства пропали, и мы разъехались.

В соцсетях она все также у меня в друзьях, поздравляем друг друга с днем рождения и все такое. Как-то по синей лавочке решил посмотреть ее фотографии. Мрак и тоска: это мы с классом, день учителя, новый год на работе, вручение медалей олимпиад. Из дома две фотографии – угол с комнатными цветами и рыжий кот. Ни ребенка, ни семьи. И так обидно за человека, у нее ведь такой потенциал был и огонек в глазах. Быть может где-нибудь на загнивающем западе она бы смогла себя реализовать, но у нас в стране ее съела система.


"Чужие" детские площадки
Почему я больше не пью

Читайте также: